«Пингвины как свидетели». Почему русская и чилиец в Антарктиде поженились

«Пингвины как свидетели». Почему русская и чилиец в Антарктиде поженились

Главное, Последние новости, Соотечественники, Чили Комментариев к записи «Пингвины как свидетели». Почему русская и чилиец в Антарктиде поженились нет

… Весной 2004 года в петербургской квартире семьи Жулдыбиных раздался телефонный звонок. Говорили на английском. Глава семейства, легендарный полярник Игорь Жулдыбин, проведший во льдах в общей сложности 15 лет, позвал дочь: «Ангелина, иди, ты у нас английский лучше всех знаешь». Положив трубку, девушка сообщила, что к ним едет гость из Чили. «Это Эдуардо! — вспомнил Игорь Сергеевич. — Он посылал вам от моего имени письма по электронной почте. Я пригласил его остановиться у нас, если он вдруг надумает побывать в России».

В начале двухтысячных на русской антарктической станции «Беллинсгаузен», где зимовал Жулдыбин, по­стоянного Интернета не было, а вот на чилийской базе, до которой всего-то сто метров, он был, там также действовали медклиника и школа (чилийцы приезжали на зимовку с семьями).

Но если наши отдавали должное бытовому устройству чужих станций (у китайцев, например, есть даже крытый теннисный корт), то иностранцы в начале 2004 года не скрывали восхищения, когда русские сначала доставили с Алтая на Южный полюс разобранный храм, а затем за считанные недели сложили из брёвен кедра и лиственницы (в Антарктиде деревья не растут) церковь в честь Святой Троицы. Немцы тогда признались: «Не знали, что русские умеют так работать». Чилиец Эдуардо был из тех, кто не только наблюдал, но и по мере сил помогал нашим строителям.

5f322895ea4bcfdc3c96921a27d422ff1

 

«Эдуардо как-то легко вошёл в жизнь нашей семьи, — вспоминает Ангелина. — Утром он провожал меня на работу, вечером встречал. Днём, пока мама готовила, сидел с ней на кухне, учил русские слова. О чём он очень просил — так это организовать поездку в подмосковную Троице-Сергиеву Лавру, к монахам, которые служили в храме в Антарктиде. Экскурсия по Лавре произвела на него сильнейшее впечатление. Дальше — больше. Отец Иаков, его антарктический друг, повёз нас на святой источник в Малинники.

Из-за дождя и распутицы пришлось оставить машину и идти по лесу по колено в грязи. Эдуардо не понимал, куда мы направляемся, и в какой-то момент крикнул отцу Иакову: «Ты выиграл! Давай возвращаться!»

Решил, что это игра на выживание в лесу. Добравшись до места, Эдуардо увидел, что все окунаются в купель.

Попробовал воду, а она всего 6 градусов! Уже потом Эдуардо мне признался, что, окунувшись, понял суть происходящего: это умение превозмочь себя. Забегая вперёд, скажу, что всё пережитое в Лавре так подействовало на него, что, вернувшись домой, он, католик, принял православие». Из России Эдуардо уезжал со слезами, говорил нам с родителями: «Вы — моя семья, вы в моём сердце!»

На прощание Ангелина впервые обняла и поцеловала Эдуардо в щёку, а он взял с неё обещание, что она обязательно приедет в Чили. Необходимые на покупку билетов 2 тыс. долл. Эдуардо накопил в течение года и передал Ангелине. Впрочем, обратный билет девушке так и не пригодился.

Они размышляли, где будут венчаться, и пришла идея сделать это в Антарктиде, в Троицком храме, который привёл Эдуардо в Россию. Однако, если ехать туда туристами, нужна круглая сумма, которую им придётся копить несколько лет.

Неожиданно на помощь пришёл чилийский генерал, с которым Эдуардо был связан благодаря работе инженером в аэропорту Сантьяго. От подчинённых военный начальник услышал историю любви своего соотечественника и дочки русского полярника. «Давайте, вы мне письменно изложите, почему именно ваша пара должна венчаться в Антарктиде», — предложил генерал Эдуардо. Уж не знаю, что написал муж, но только после прочтения генерал сказал, что через 5 дней мы вылетаем на военном самолёте в Антарктиду. Мы едва успели купить свадебное платье и кольца. И взяли с собой коробку помидоров и ящик вина — к праздничному ужину».

Свадебная фасоль

В Антарктиде бородатые полярники приняли девушку как родственницу. Однако всю ночь она не сомкнула глаз. «Венчал нас отец Каллистрат. В Антарктиду он попал удивительным образом.

Его вызвал наместник Троице-Сергиевой Лавры владыка Феогност, спросил: «У тебя есть загранпаспорт?» — «Есть». — «Завтра в 9 утра отбываешь на зимовку в Антарктиду».

Вместе с полярником Петром Задировым батюшка руководил строительством храма. Сегодня он — епископ Каллистрат, но нашу семью не забывает.

Недавно мы с ним встречались. Вспоминали, как накануне нашего с Эдуардо венчания дул такой ветер, что в моём свадебном платье, как на парашюте, можно было улететь. Но когда мы вышли из храма, наступил штиль и небо прояснилось. Вместо риса и лепестков роз, которыми осыпают молодожёнов, в нас бросали фасоль. Повар станции оправдывался: «Ангелинка, если бы знал, что ты приедешь, не высыпал бы последний стакан риса в суп».

В момент венчания отец Ангелины зимовал в Антарктиде, однако находился на другой стороне белого континента, за 5 тысяч километров, на станции «Прогресс».

«Из пяти российских станций в Антарктиде «Беллинс­гаузен» слывёт курортом, по­скольку здесь летом цветёт мох, обитают звери и птицы… А на других, например, на «Востоке», мороз может опуститься до минус 80. Полярники с «Беллинсгаузена» отбили отцу телеграмму: «Выдали твою дочь замуж!»

На большую землю молодых вновь вывез военный, но на этот раз уже уругвайский самолёт. Ангелина привыкала к жизни в новой стране, где на Рождество 35 градусов жары, где семейные обеды проходят так чинно, как это изображают в латиноамериканских сериалах.

«В Чили общество довольно чётко поделено на аристократию и простой народ. Успешность человека зависит в том числе от цвета кожи, волос, глаз. Если ребёнок родился с голубыми глазами — в Чили он уже принц. Наш Ванечка родился с голубыми глазами, пошёл в Эдуардо. Я выучила испанский, на работу устроилась в наше посольство преподавателем живописи, по­скольку по образованию я художник. А ещё именно в Чили я начала писать иконы».

Эдуардо по следам тестя превратился в настоящего полярника, сейчас зимует в Антарктиде, а Ангелина с сыном — у родных в Петербурге. Антарктида в её памяти осталась континентом, где между людьми разных национальностей нет границ, где нет оружия, где звери не боятся людей, где главное — взаимовыручка и взаимопомощь. «Русский храм за эти 12 лет стал главной достопримечательностью Южного полюса, он никогда не бывает пустым. После нас там ещё одно венчание было… Но это уже другая история».

Мария Позднякова, aif.ru

Автор

Похожие статьи

Back to Top