«Искренне Ваш, Коля Макмиллан». Почему британские ветераны неохотно вспоминают арктические конвои

«Искренне Ваш, Коля Макмиллан». Почему британские ветераны неохотно вспоминают арктические конвои

Великобритания, Главное, история, Последние новости, СССР Комментариев к записи «Искренне Ваш, Коля Макмиллан». Почему британские ветераны неохотно вспоминают арктические конвои нет

75 лет назад, 31 августа 1941 года, в СССР прибыл первый арктический конвой союзников с поставками для фронта.

А в этом году памятные мероприятия в Архангельске, посвященные юбилею, посетила дочь королевы Великобритании Елизаветы II, принцесса Анна.

Но сами британские ветераны не сразу соглашаются делиться своими воспоминаниями о том времени даже со своими родственниками.

Почему? Это можно понять из выпущенной в Северном (Арктическом) федеральном университете уже второй книги, посвященной арктическим конвоям под заглавием «A Flashback to the Arctic Convoys» («Воспоминания об арктических конвоях»). Автор — Валентина Голышева, доцент Высшей школы социально-гуманитарных наук и международной коммуникации, директор Британского центра САФУ.

В этой мемориальной книге собраны уникальные воспоминания, интервью, дневниковые записи, газетные вырезки военных лет, письма, стихи и многочисленные фотографии ветеранов торгового флота Великобритании, Канады и США, участвовавших в арктических конвоях, а также и воспоминания родственников ушедших ветеранов.

Все интервью и письма ветеранов переведены на русский язык. Кроме того, в издание включены эссе студентов САФУ с впечатлениями от общения с ветеранами во время их визитов в Архангельск.

Как рассказывает Валентина Голышева, подготовкой книги она занялась совершенно случайно. Так сложилось, что её дочь Наталья Голышева работает продюсером в Лондоне в британской национальной телерадиовещательной компании BBC.

Bот именно она и подвигла Валентину Георгиевну на изучение этой темы, написав в августе 2009 года интересную статью «Конвои в стиле Джаз». Зимой 2010 года Валентина Георгиевна поехала в Лондон к дочери и там познакомилась с председателем лондонского клуба «Русский конвой» Гордоном Лонгом. Этот клуб объединяет гражданских моряков, ходивших на транспортных судах конвоев. Гордон тогда при первой встрече попросил её принять в университете группу британских ветеранов-конвойщиков и их родственников во время празднования 65-летия Дня Победы в России. Группа состояла из 18 человек. Так Валентина Голышева погрузилась в историю арктических конвоев.

«Идея написать книгу об их подвигах во время войны пришла ко мне не сразу. Дело в том, что британские ветераны не очень охотно делились своими впечатлениями о событиях военных лет даже со своими родственниками. И только когда я упомянула, что мой отец Георгий Голышев всю войну прослужил во флоте и тоже участвовал в конвоях, английские ветераны стали относиться ко мне с большим доверием».

Это был настоящий живой диалог. В книге я старалась максимально сохранить их язык, ничего не меняя в тексте оригинала, не говоря уже о переводе. Ведь большинство конвойщиков были и остались простыми ребятами: матросы, стюарды, помощники поваров, сигнальщики.

Причины, по которым британские ветераны не любят вспоминать подробности того, что с ними было в море, можно понять.

Если на первые конвои немцы практически не обращали внимания, надеясь на завершение войны уже в 1941-м, то начиная с 1942-го года ситуация изменилась.

… Летом 1985 года в газету «Известия» пришло письмо из Шотландии. Инженер-механик с потопленного транспорта «Индуна» Уильям Шорт писал, что скоро будет в Мурманске и надеется найти хоть кого-нибудь из тех, кто вернул его к жизни.

…29 марта 42-го года немецкие эсминцы и подводные лодки начали охоту на очередной конвой с раннего утра. Вот отрывок из оперативной сводки советского Северного флота того времени за один час:

19.00 — МО-142 (морской охотник. — В.Н.) обнаружил шлюпку с людьми.

19.30 — тральщик ТШ-36… подобрал 19 англичан.

19.35 — ТШ-36 атакован самолетом противника…

19.45 — МО-161 нашел шлюпку с людьми.

19.51 — командир дивизиона на МО донес: людей снял.

20.17 — командующий флотом приказал всех найденных пересадить на ТШ-36.

Среди них был Шорт: «Нас торпедировала подлодка. Когда мы уже отплыли чуть в сторону, выпустила по судну вторую торпеду. Там еще оставалась часть экипажа. Все погибли. После взрыва я прыгнул в море. Думал, не продержусь и нескольких минут. В это время матросам удалось спустить бот. Мы сидели прямо в воде. Огромные волны швыряли бот словно щепку, нас окатывала ледяная вода. Люди стали замерзать. Они засыпали, чтобы никогда не проснуться. Это было страшно. Потом страх притупился. Умерших мы переваливали в море через бортик. Темень, мороз, снег… Белый ад. Из 34 человек через трое суток в живых оставались 17.

3 апреля мы уже ни на что не надеялись. И вдруг — советский самолет…»

Сохранились воспоминания командира одного из советских тральщиков Сергея Антропова и комиссара Ивана Богданенко.

Антропов: «Утром отправились на расчистку от мин. Вдруг появился «Харрикейн», летит навстречу, покачивает крыльями: свой! Облетел нас, снова вернулся. Летчик рукой показывает направление норд-ост. Пошли в ту сторону. Видим, впереди маячит вроде как рубка подлодки и перископ. Подходим, а это шлюпка с мачтой.

Кричу в мегафон: «Инглиш мэн?» — «Иес, иес». Бросаем конец. Никто из шлюпки даже руку не протягивает. Подошли вплотную, пришвартовали шлюпку к борту. Показываем знаками: «Поднимайтесь на борт!» Сидят. Трап спущен, а никто не идет… Вот оно что! Не могут пошевельнуться. Пришлось брать каждого на руки. Подхватил матрос очередного моряка, а это мертвец».

Богданенко: «В шлюпке еще один труп, вмерзший в лед. Говорю командиру: «Слушай, нехорошо получается, давай поднимем на борт со шлюпкой». Пока возились, налетел «Юнкерс»… Жутко было смотреть на ребят. Куртки и свитера превратились в ледяной панцирь, перчатки — в куски льда, они же воду вычерпывали пригоршнями. Мы с фельдшером разрезали сапоги и ботинки ножом и снимали вместе с кожей, отводя глаза в сторону. Напоили спиртом, переодели во все свое. Кому не хватило, матросы сняли все теплое с себя».

Антропов: «Туман до того сгустился, что идем на ощупь. Ко мне помощник поднялся: «Нельзя побыстрей? Англичане оттаивать начали, очень мучаются». А как тут быстрее?! Не успели отправить в госпиталь, такая началась бомбежка, мурашки по спине…»

В Военно-медицинском архиве среди 22 миллионов госпитальных историй болезни нашлась история Шорта. 14 апреля 1942 года ему ампутировали обе ноги. В архиве есть и копия письма русским медикам: «Дорогой доктор Кожиков, не уверен, запомнили ли Вы нас, но мы, пока живы, Вас не забудем. Мы — из тех обмороженных британских моряков, которых Вы оперировали… Мы покидали Вашу страну со слезами на глазах. Там остались друзья, чьей доброте мы обязаны всем. Гордимся, что получили раны, помогая замечательному народу. Надеемся, что сможем увидеться после войны».

Через 43 года Шорт писал: «Я чувствую душевную, органическую связь с русскими. Это время не может так просто кануть в вечность».

Это всего лишь одна из многих историй того периода, но самой известной и самой трагической стала судьба каравана PQ-17.

Из дневников  адмирала Арсения Головко, командовавшего всю войну Северным флотом. 

«07.07.42… 04.07 началась история. Первое сообщение от англичан: 17-й конвой обнаружен немецкими самолетами».

«13.09.42… В 15 ч 30 мин 37 торпедоносцев ударили по конвою (PQ-18). Потоплены 10 судов. Это большое несчастье. Мы своей радиоразведкой вылета торпедоносцев не обнаружили… Если не нанести авиации противника чувствительных ударов, она за два-три дня уничтожит весь конвой».

Приказ: бросить транспорты и удирать

Валентин Дремлюг (исследователь Арктики, в навигацию 1942 г. в составе команды гидрографического судна «Мурманец»  принимал участие в спасении 147 моряков с потопленных судов союзного конвоя PQ-17. В 2005 году за участие в этой операции получил письменную благодарность от Военного и Военно-Морского департаментов США).:

PQ-17 был хорошо подготовлен.

Сильное дальнее прикрытие. Ближний эскорт — 23 корабля. Этого конвоя ждал Сталинград. Вез 297 самолетов, 495 танков, 4246 грузовиков и еще 15 600 тонн груза. Стоил баснословно — 700 миллионов долларов.

Они вышли из Исландии 27 июня 42-го. А в ночь на 5 июля из Лондона поступило чудовищное распоряжение, погубившее конвой. Между островом Медвежий и мысом Норд-Кап немцы хозяйничали особенно уверенно. Там у них на аэродромах стояли сотни машин, по 40-50 одновременно поднимались на бомбежку.

И вот, получив развединформацию, позже оказавшуюся ошибочной, что в море выходит немецкая эскадра со знаменитым сверхмощным линкором «Тирпиц», Британское адмиралтейство направило командиру эскорта приказ: «Ввиду угрозы со стороны надводных кораблей противника необходимо срочно рассредоточиться». Конвою — рассеять строй. Крейсерам, эсминцам — на полной скорости отойти. Транспортам — самостоятельно идти к русским портам. Эскорт развернулся на 180 градусов. Брошенные транспорты остались в открытом море отличной мишенью. Сами военные моряки были потрясены, американцы до сих пор не простили союзнику PQ-17.

Из 35 транспортов дошли 11. Три недели немцы остервенело приканчивали суда. Некоторые решили попытаться укрыться в заливах Новой Земли, но до нее оставалось 600 миль.

Наш «Мурманец» — гидрографическое суденышко постройки 1898 года. 27 человек экипажа, 2 крупнокалиберных пулемета. Моя должность — гидрограф-навигатор. Мы встречали конвои в Баренцевом море, обеспечивали погодой, ледовыми условиями. На этот раз приказано было искать у Новой Земли людей с PQ-17.

13-го подошли к Гусиной Земле, вахтенный заметил костер на берегу. Американцы, остатки экипажа «Олапаны», везли танки. Оказалось, что ее несколько дней назад утопила здесь подлодка. Среди спасенных обмороженные, умирающие, а мы — без врача. Более или менее живых уложили на палубе, остальных — по каютам, в радиорубке… Через 3-4 часа увидели страшную картину. Горит нефть, плавают сотни мешков с мукой, между ними — люди в оранжевых нагрудниках…

15 июля взяли на борт людей с «Паулус Поттер», мотались они в море десять суток. Уже 71 человек оказался на борту, за неделю ушел весь месячный запас продовольствия. Мертвецов свозили в Белушью Губу. Живых передавали на чудом укрывшийся от подлодок английский транспорт «Эмпайр Тайд». Самых тяжелых сперва доставляли на берег в Белушью, там лазарет был. А всего спасли 147 человек.

Отдельная история с американцем «Уинстон Салем», который вез вооружение. Стоит на мели. Капитан выбросил в воду замки от орудий, секретные документы, команду высадил в палатки. Мы говорим: стащим вас с мели. Он ни в какую: вызывайте самолет в Архангельск! А судно? Бог с ним — что будет, то будет. Прислали нам на помощь тральщики, убедили мы команду вернуться на борт и вместе дотащили транспорт до Архангельска. Капитана потом судили на родине судом чести.

Все эти годы получаю письма из Лондона. Вот, к примеру:

«Дорогой Валентин Валентинович, мне доставляет большое удовольствие передать Вам, как я тронут описанием того, как «Мурманец» спасал моряков из PQ-17. Весь наш клуб отдает честь Вашим бессмертным товарищам и Вам… По-моему, у вас мало знают о тех событиях. Хорошо, что мы можем говорить о них, о нашей дружбе вместе, без железного занавеса. Ваш искренний друг Коля (Колин МакМиллан, секретарь клуба «Русский конвой»)».

Английским и американским морякам тогда было по большей части по 15-19 лет. Их бомбили с воздуха и с моря. Они голодали и жутко мерзли в Арктике. И тем не менее, многие из них вспоминают жизнь в Архангельске и Мурманске как сплошное приключение.

Они ходили на танцы в интерклуб и местные клубы, влюблялись. Иногда их приглашали в семьи. Они делились с местным населением всем, что у них было. Но они вспоминали и жуткие сцены, когда судно проплывало мимо цепляющихся за борт и тонущих в холодных водах Арктики моряков не в силах чем-либо им помочь.

Российский историк, автор шести книг о конвоях профессор Михаил Супрун называет военное сотрудничество стран антигитлеровской коалиции во время Второй мировой войны «беспрецедентным».

Арктические конвои, по его мнению, — существенная часть так называемого коалиционного военного резерва или «пула», в который страны коалиции вкладывали что могли, и брали то, что им требовалось для борьбы с фашистской Германией.

Основываясь на своем исследовании Супрун описывает сотрудничество стран коалиции: «Соединенные Штаты, естественно, как мощная экономическая держава вкладывала туда пушки, танки, самолеты. Великобритания вкладывала в этот «пул» участие в войне на море, Австралия, положим, бараниной своей, мясом, каучуком, чем могла тоже помогала. А Советский Союз – главная задача СССР, его главный вклад в этот «пул» был восточный фронт».

Американский публицист и военный историк Альберт Викс, в недавнем прошлом преподаватель Нью-йоркского университета, обращает внимание на то, что успех военной коалиции во многом зависел от ее деидеологизации: «Многие американские историки называют это “странным альянсом”.

Дело в том, что здесь обе стороны просто отбросили свою идеологию. Этот опыт и сейчас интересен, потому что, оказывается, на практике вполне возможно, и даже необходимо формировать коалиции с другими группами сил, невзирая на разницу в идеологии».

По материалам BBC, «Правда Севера» и газеты «Архангельск»

Автор

Arkadiy Beinenson

http://beinenson.news

Похожие статьи

Back to Top