«Хранить христианские основы Европы слишком сложно политически» Как Бог помогает эмигрантам в Финляндии

«Хранить христианские основы Европы слишком сложно политически» Как Бог помогает эмигрантам в Финляндии

Главное, Интервью, Последние новости, Соотечественники, Финляндия Комментариев к записи «Хранить христианские основы Европы слишком сложно политически» Как Бог помогает эмигрантам в Финляндии нет

Финляндская православная церковь насчитывает 60 тысяч членов, из них 20 тысяч принадлежат Хельсинкскому православному приходу. Каждый шестой член прихода — русский. Как православный приход в Хельсинки помогает эмигрантам адаптироваться, как выстраиваются отношения с РПЦ и стоит ли опасаться исламизма в Финляндии  — рассказал отец Вейкко Пурмонен, который более 20 лет служил настоятелем кафедрального Успенского собора (Хельсинки).

— Отец Вейкко, на какую помощь от Православной церкви могли и могут рассчитывать русские эмигранты и представители других национальностей?

— Мы стараемся сделать все необходимое, чтобы они чувствовали заботу и могли найти духовную и человеческую поддержку. Мы в Финляндии называем это kotouttaminen (социальная интеграция) — возможность жить как дома. Это означает – учить язык и свободно общаться на нем, знать традиции и обычаи, правильно понимать и принимать нашу жизнь.

Бабушка и дедушка моей жены были русскими эмигрантами и членами Православной церкви Финляндии. А их потомки и, в частности, моя супруга Мариамне уже полностью интегрировались как граждане Финляндии. Это показательный пример того, что значит kotouttaminen (жить как дома).

У нас многонациональный православный приход, в котором говорят на 40 языках. Общеприходская работа и богослужения ведутся на русском, английском, шведском, греческом, армянском, румынском.

Хельсинкский православный приход основан русскими эмигрантами в 1827 году. В 1854 году было принято решение о постройке в Хельсинки Успенского собора, главного храма Хельсинкского православного прихода. Сейчас в приходе насчитывается 20 тысяч зарегистрированных прихожан, из них 3 тысячи русских, то есть 15% от общего числа. Всего в Финляндии проживают около 70 тысяч русскоязычных, но не все эмигранты регистрируются в ФПЦ, многие посещают православные приходы Московского патриархата.

650x486_TfW4ovLeqAv8zHTC8fiD[1]

Фото: из личного архива отца Вейкко Пурмонена Успенский собор в Хельсинки построен по проекту русского архитектора А. М. Горностаева в псевдовизантийском стиле в 1868 году


— Как складываются сегодня отношения у Финляндской православной церкви с РПЦ? Есть ли разница между нашим и вашим православием?

— Считаю, что православное духовное наследие, церковные традиции в России сохранились лучше. Русская православная церковь имеет особенную глубокую духовную сущность. Мы очень многое потеряли в этом смысле, секулярной Финляндии все-таки гораздо больше свойственна западная культура. К тому же Финляндская православная церковь более адаптирована к народной, карело-финской, культуре и имеет свою национальную идентичность.

Православная вера пришла в Финляндию из России, поэтому мы исторически всегда были очень близки. Но после Октябрьской революции ФПЦ перешла под юрисдикцию Вселенского константинопольского патриархата, получила автономию, которой уже почти 88 лет. С 1920 по 1960 год контакты с Русской православной церковью были сведены до минимума, прекратилось даже молитвенное общение. Москва признала автономный статус Финляндской церкви в юрисдикции Вселенской патриархии только в 1957 году. Огромная роль в восстановлении близких и дружеских отношений между нашими церквями принадлежит финляндскому архиепископу Павлу (Гусеву).

— Существуют ли принципиальные различия в обрядах и традициях приходов ФПЦ с финскими приходами, принадлежащими РПЦ?

— Финляндская православная церковь переняла основные богослужебные традиции русской церкви. Не только богословские, но и церковные, духовные ценности. Но со временем у нас выработались новые практики, иные особенности административной и приходской работы. Архиепископ Павел старался обновить богослужение и подчеркнуть важность регулярного причащения святых тайн.

В 1920-х годах прошлого столетия мы полностью перешли на западный Григорианский календарь. Это означает, что Финляндская православная церковь является единственной православной церковью в мире, которая празднует Пасху вместе с западными христианами. То есть мы отмечаем этот праздник с приходами Московского патриархата в разное время, но все это не мешает сохранять очень хорошие отношения и организовывать совместные богослужения в Успенском соборе. Нас объединяет вера, желание сберечь подлинные духовные ценности и традиции.

— Почему некоторые русские эмигранты становятся прихожанами столичных храмов Московской патриархии, а другие уходят в ФПЦ? Я знаю, что в православном приходе Хельсинки больше русских, сумевших себя реализовать в Финляндии, это действительно так?

— Мне кажется, что это происходит оттого, что одни эмигранты хотят полностью интегрироваться в Финляндской православной церкви и финском обществе, все для этого делают, поэтому регистрируются в нашем приходе. Другие предпочитают сохранять русские богослужебные и другие церковные и бытовые традиции. Они выбирают храмы Московского патриархата.

Недавно в Хельсинкском православном приходе появилась новая должность «многокультурный священник». Его обязанности — помогать эмигрантам из разных стран интегрироваться в Финляндской церкви и финском обществе.

— Как христианский мир Финляндии отнесся к появлению огромного количества просителей убежища?

— Для церкви это не только политический вопрос, согласно христианской этике мы должны помогать тем, кому трудно. Положительно относиться ко всем, кто получил статус просителя убежища, согласно которому человек может находиться без визы в стране, потому что на своей родине он подвергается опасности лишиться жизни. Но есть и те, кто ищет лучших условий для жизни. Поэтому выводы делать рано, создавшаяся ситуация требует специальных исследований, времени.

Просители убежища — не новое явление для Финляндии. Правда, раньше все было проще, понятнее, а год назад положение кардинально изменилось. Сначала право на проживание получило несколько тысяч человек, но в прошлом году их стало уже 32 тысячи. Процесс принял хаотическое направление, беженцы активно приезжают с юга и севера Швеции, через северные пункты пропуска со стороны России, и результатом этого стало некоторое отсутствие порядка и непонимания, что делать, как жить с этим дальше.

Христиан среди беженцев с Ближнего Востока не очень-то много, но есть. Эмигранты из Ирака, Сирии были в Финляндии всегда. Наша Православная церковь старалась помогать их адаптации в стране и до того, как это явление приобрело массовый характер.

Для того чтобы стать членом Православной церкви, необходимо просто заполнить заявление в канцелярии прихода и платить церковный налог. В Хельсинкском православном приходе он составляет около 1,6 процента от чистого дохода человека. Но зато все официально зарегистрированные члены православных приходов могут бесплатно венчаться, крестить детей. Церковь обладает правами магистрата, выдает официальное свидетельство, а венчание приравнивается к законному браку. Согласно «традиции печали» каждому члену прихода положено место на православном кладбище, причем родственникам не придется платить ни за могилу, ни за церковное отпевание.

— Отец Вейкко, сколько в итоге собирается денег с прихожан, достаточно ли их для содержания приходов?

— Мы не делаем секрета, это публичные данные. Хельсинкскому православному приходу в прошлом году было перечислено более 5 млн евро (5 115 000 евро), а расходы составили более 7 млн евро (7 200 000 евро). Кроме церковного налога мы получаем доходы от недвижимого имущества, например от сдачи в аренду помещений, расположенных в одном из торговых домов в центре Хельсинки. По закону деньги мы имеем право тратить только на приходскую работу, благотворительность и постройку новых храмов.

— Храмам РПЦ всегда оказывали помощь благотворители или, как их сейчас называют, спонсоры, и это самая закрытая сторона финансовой жизни нашей церкви. А Финляндской православной церкви меценаты помогают?

— Каждый член прихода платит церковный налог, спонсоров у нас в отличие от РПЦ мало. Но хорошо организован сбор средств от всех желающих. Когда золотили купола Успенского собора, доход от пожертвований составил 172 тысячи евро, намного больше, чем мы ожидали. Случается, что свои накопления приходу завещают прихожане, которые не имеют наследников.

— Как выстраиваются отношения с официальной властью страны и администрацией города Хельсинки?

— У нас хорошие отношения со светской властью. Государство берет на себя финансовую заботу о центральном управлении церкви, платит зарплаты епископам и сотрудникам, финансирует богослужебное образование в университетах (священников, псаломщиков, преподавателей обучают в Восточном университете в Йоэнсуу. – Прим. ред.). Церковным приходам финансовая помощь не оказывается, ведь они могут тратить средства от перечисленных налогов, считается, что этого достаточно.

Сегодня в Финляндии действует три епархии: Карельская (Karjalan hiippakunta) с центром в Куопио, Гельсингфорсская (Helsingin hiippakunta) с центром в Хельсинки, Оулусская (Oulun hiippakunta) на севере Финляндии с центром в городе Оулу.

— Ангеле Меркель принадлежат слова: «Боитесь исламизации — возвращайтесь в церковь». В Финляндии возможна исламизация?

— Нам говорят, что Финляндия — многоязычная, многокультурная страна, что границы должны оставаться открытыми для всех. Может быть, Европу ждет какое-то глобальное переселение народов, и вполне вероятно, что это нормальный исторический процесс. Европа столько уже была центром культурного мира, цивилизации, пришло время изменений. Нынешнего поколения это, вероятно, еще не слишком сильно коснется, но наших потомков, скорее всего, да.

Сейчас в Хельсинки планируют постройку огромной мечети, стартовое финансирование обещает выделить королевская семья Бахрейна (общая стоимость проекта может достигнуть десятков или даже сотен миллионов евро. – Прим. ред.). Создан комитет, который будет координировать работу. Кто-то из финнов принимает это, но есть и многочисленные противники, ведь люди видят, что число просителей убежища растет, и их гораздо больше, чем мы можем в Финляндии принять.

— Папа Иоанн Павел II считал, что европейская идентичность непонятна без христианства. Что только Европа, которая не скрывает, а наоборот, приоткрывает свои христианские корни, сможет справиться с великими вызовами третьего тысячелетия.

— Это именно так. В самом начале возникновения ЕС подчеркивалось, что нужно хранить христианские основы европейской культуры. Но политически это оказалось слишком сложным вопросом. Я недавно читал русского философа Владимира Соловьева. Он уже в 19-м веке пророчески высказывался о будущем Европы. Он говорил о ЕС, которого тогда еще не было. Называл это объединенной Европой, по аналогии с Соединенными Штатами Америки. Писал о том, что будет выбран президент или император объединенного пространства. Удивительно, но великий русский философ в те годы довольно близко к истине рассуждал о том, как будет реализована политика в Европе 21-го века.

— А есть ли все-таки какие-то плюсы в том, что в Финляндию приезжают представители совершенно другой культуры?

— О плюсах можно говорить только в том случае, если появится четкая система политического контроля. Если представители разных этнических групп, религий и конфессий смогут жить вместе, правильно хранить гуманитарные ценности и с уважением относиться к духовным ценностям и культуре друг друга, это может в будущем даже стать нашим богатством. Продемонстрировать, что человечность может объединять людей, независимо от того, кто они — мусульмане или христиане. Это одна из самых важных тем будущего. Ответ на вопрос – сумеем ли мы жить вместе мирно, покажет, справились мы с этой серьезной проблемой или нет.

Светлана Аксенова, Fontanka.fi

Автор

Arkadiy Beinenson

http://beinenson.news

Похожие статьи

Back to Top