«Аллергия на гранаты, или Мужик он и есть мужик»

«Аллергия на гранаты, или Мужик он и есть мужик»

Новости Комментариев к записи «Аллергия на гранаты, или Мужик он и есть мужик» нет

Писатель Борис Егоров — о том, что значит быть настоящим мужчиной

Аллергия на гранаты и халяву

Вот всякие умники ругаются – типа, кругом одни потребители растут. Бездуховные. Ну и че? Чтоб стать духовным, надо перестать потреблять? Типа, мадам Савченко?

Не, не с того конца я начал. Почему человек в трезвом виде падает на гранату своим беззащитным и дорогим ему животом? Кто как объясняет. Одни говорят о самопожертвовании ради, мля, грядущих поколений. Другие толкуют – это когда новобранец кинул гранату под ноги, и комвзвода ее всю в себя принял, мальчишки целы остались – так они объясняют, что офицеру деваться было некуда, он там за все отвечал. Ну… вполне возможно. Только другой офицер в подобной ситуации схватил в охапку пару бойцов и ими прикрылся. Живой, ничего. На пенсии, помидорчики выращивает.

А вот, по мне – на гранаты падают, у кого какая-то психологическая аллергия. На чью-то смерть рядом с тобой. Чтобы читатель критический не завыл – типа, сам бы попробовал, вставляю кусок старого рассказа.

«В том году мы бурили недалеко от монгольской границы. Застава была километрах в пяти от нас. Пятнадцать человек, считая повариху. Начальником заставы был казах Арман — старший лейтенант. Он учился в Ленинграде, очень любил Паустовского, так что мы с ним очень быстро снюхались. С Монголией у нас была тишина и покой, поэтому погранцы сходили с ума от скуки. Прибегали к нам, мы — к ним. Веселились как могли.

И вот однажды — я был на смене, за рычагами, — за шумом дизеля услышали беспорядочную пальбу со стороны заставы. В те времена отчетность за патроны в войсках была строгая, поэтому после короткого совещания мы пришли к выводу — что-то не так. Похватали все наше оружие — мелкашку, ракетницу, тетешник старшего мастера и свечные ключи — погрузились на водовозку и рванули к заставе.

Потом уже из обрывков разговоров я выяснил, что солидная компания вооруженных барымтачей-конокрадов гнала большой табун из Казахстана в Монголию. Рассчитывали, видно, на то, что 15 солдатиков — это не препятствие. Сильно они просчитались. Арман организовал оборону и вызвал вертушки. Когда мы прикатили, бой был в самом разгаре. Поотбирали калаши у раненых и трусоватых и… повоевали. Потом птички прилетели и конокрадам пришла полная хана».

Все так и было. Кроме одной детали. Мы с Арманом лежали рядом, ему уже плечо прострелили. И один из его салажат решил кинуть эфку. Видать, предварительно зажмурился. И так лихо кинул, что гранатка упала между Арманом и мной. И вот вам – пожалуйста. Взял я, да и лег на нее пузом. Хрен ее знает, зачем и почему. Еще Арману подмигнул, типа, до встречи. Это потом по ночам, особенно с похмелья, трясти начинало от воспоминания.

В общем, слава Богу, что тот салажонок не только мимо бросил, но и, мать его яти, выдернуть мандулу забыл.
Теперь вернемся к вопросу о потреблении. Бродяжил я тогда по Казахстану без документов. Приехал как-то в Целиноград у ментов правды искать. Насчет документов. Нашел. Кутузка мне у них совсем не понравилась. Одна общая камера на всех, двухэтажные нары, овчарка при входе, похожая на бегемота. Жрала бичевских пайков столько, что уже и лаять не могла.

Ну, выгнали меня, в конце концов. Иду к вокзалу, вдруг машина рядом тормозит, два амбала-казаха меня под микитки – и в машину. Я не успел начать права качать, как рядом сидящий седой и пузатый казах сказал: «Ну че, Борька, здорово!»

В общем, это оказался тот самый Арман с заставы. Вылечили его, за ту историю около Монголии наградили, и в результате генералом он стал.

Когда уже сидели у Армана за столом, я сразу пресек его расказы про гранату. Вот, говорю, если б она рванула – тогда да. А так – фуфло это все.

Поселил меня Арман у себя на даче. Поручил кому-то заняться моими документами. Больше я его не видел.
Жил я там, жил. Жрать – навалом, пить – еще больше. Но меня халява в депрессию вводит до сих пор. Отдал я привратнику-старлею все ключи, передал Арману прощальную записку, и… «пошел я по осенним селам, отбиваясь палкой от собак».

Мужик он и есть мужик

Сейчас говорю не про тех мужиков, которые по понятиям — мужики. Которые только числятся ими по яйкам, и либо под любым каблуком пятки лижут, либо из стакана нос не высовывают. Я про других.

С детства до меня дошла разница. Слава Богу, папаня у меня был мужик, да еще какой. Вот, глядя на него – и залегла основа во мне. Отвечай за свои слова. Сказал – сделай. Не уверен – промолчи, едрена шишка! Только будь мужиком.
Я это все к тому, что довелось мне побывать и в Сибири, и на Урале, и в Средней Азии, и на Украине. Не туристом, везде я работал. Причем не инженером, или инструктором райкома комсомола. Нет. Где – буровой мастер, где – батрак, где – хрен знает кто. По всякому.

И везде я встречал мужиков. Если я с ними дружил — они шли на помощь сразу, не выясняя и не рассуждая. Уж потом только разбирались – кто виноват. Если я оказывался виноват, то меня они же били для… чтоб больше так не делал. Или переставали меня замечать. Совсем. Лучше бы били…

А сейчас время такое пошло… Вроде бы друг он тебе, не один десяток литров вместе выпито, воспоминаний – целая куча. А позовешь его подраться за кого-нибудь, как друга – а у него лицо меняется. Мнется, менжуется сразу. Типа, молодые наши дела – это, конечно, хорошо. Приятно вспомнить. Но ты пойми, как я с синяком в офис появлюсь? А, не дай Бог, еще в ментовку попаду – вообще хана будет, выгонит шеф. Да и жену надо отвезти в салон, иначе взбесится…

В молодости я в таких случаях начинал орать, типа, как меня звать себя спасать – так хрен с ним, че у меня за дела. А тут – сразу никак, да?

А, когда повзрослел, перестал орать. Да и звать на помощь перестал. У людей жены, дети, действительно – погуляли по-молодому – и хватит. А если у тебя затянувшийся инфантилизм – винить некого, кроме себя.

Но, оказалось, я не одинок все ж таки в таком подходе. И в пятьдесят лет встречал хороших людей, которые сразу все бросали, и шли на помощь. Любую. И что интересно – чаще всего у меня это были кавказцы. Чеченцы, грузины, армяне, осетины… ну, не каждый представлялся.

Ясный пень, я не к тому, что руские – плохие. Я же не внук Яценюка, мне от него наследства не достанется. Разве што кусок забора липового. Во-первых, я сам русский, чему очень рад. У нас писатели не только умнее некоторых, а, главное, проще для понимания. Я в пятом классе всего Паустовского прочитал, и чуть не лопнул. Так меня переполнило. Папаня мой его евреем ругал, а я уже молчком думал – евреи тоже… люди, оказывается.

А, во-вторых, надо учитывать процентное содержание. Гов.а. Русских-то вон сколько. Да и ерунда это все. Кому как повезет. Один вон папуаса встретит, который ему место уступил, потом очко рвет – Африка, типа, наше спасение. А другому Ванька из-под Тулы на ногу наступит, и все. Россия гибнет, одно быдло кругом.

Ладно. Немножко сумбурно получилось, но… Есть у меня подружки в фейсбуке, выкладывают нежные фото сыновей. Со скрипками, с котятами.

Девоньки! Сыновьям вашим жить, и придется рано или поздно вылезать им из-за вашей спины. Будете потом сами охать и руками разводить – свят-свят…

Дело, конечно, хозяйское. Просто мужик, по мне, формируется в детстве…

Фото предоставлено автором

Фото предоставлено автором

Борис Егоров родился в семье советских дипломатов в 1952 году. Учился на факультете журналистики МГУ. Работал журналистом, кочегаром, бурильщиком, матросом, рабом.

С 2012 года живет в Германии без документов, не является гражданином никакой страны. В 2014 году стал победителем конкурса рождественских рассказов портала Lenta.ru

Автор

Похожие статьи

Back to Top