«Ну какой тут разговор? После восьми-то обысков?»

«Ну какой тут разговор? После восьми-то обысков?»

Новости Комментариев к записи «Ну какой тут разговор? После восьми-то обысков?» нет

Писатель Борис Егоров , проживающий в Германии, о том, как ему песня «строить и жить помогла»

Поскольку-постольку здешние полномочные бюрократы официально признали, что я нуждаюсь во всесторонней опеке, мне не надо ходить по врачам за рецептами и шляться по аптекам. Пилюли, порошки и капли каждый понедельник привозят на дом девочки из «Красного креста».

Из четверых попеременке приезжающих только одна способна оценить всю глубину моей тонко организованной нежной творческой натуры. В смысле – по-русски может говорить. Я уже упоминал, что переселенцы, давно живущие в Германии, предпочитают общаться с теми, кто приехал недавно, на немецком языке. А, по возможности, вообще обходить стороной. Разные они – и по отношению к стране, откуда приехали, и по отношению к стране, куда приехали. Так что способность фройляйн Кэти к русскоговорению я выяснил совершенно случайно.

Обычный визит этих девочек выглядел так. Звонок в дверь, открываю. Стоит мамзель с пакетом. И разговор по-немецки: «Здрасте-здрасте, вот ваши медикаменты, а как вы себя чувствуете, а все ли у вас нормально». Я забираю пакет, отдаю предыдущую пустую тару и сую девочке шоколадку. Она обязательно как-то сконфуженно смеется, благодарит и благополучно отваливает.

Когда я к ним малость привык, стал иногда хулиганить. Говорить по-русски всякие скромные неприличности. Девочки пожимали плечиками, извинялись – типа, ни хрена не понятно – и уезжали.

И вот как-то Катя привезла всю эту муру. А я на вопрос – как я себя чувствую – возьми, да ляпни: «Оно все бы ничего, только в одном месте странное какое-то беспокойство». По-русски. И вдруг Катя на языке родных осин озабоченно спрашивает: «А… в каком месте?»

Я аж поперхнулся. Начал было придумывать, на какое приличное место сослаться, но углядел, что Катя сдерживает смех. Стал я расшаркиваться – ах, пардон – и приглашать насчет чайку-кофейку-об жизни поговорить. Она сослалась на необходимость развезти лекарства остальной такой же рухляди, и обещала заскочить через пару часов.

Заскочила. Увидела – висит гитара. «Ой, вы играете! Ой, а сыграйте, а?» А я на нее глядел, и чего-то такая тоска накатила. По дням прошедшим. И так душераздирающе завопил: «Клё-ё-о-он ты мой опа-а-авши-и-ий…», что… сам чуть не зарыдал.

Когда я умолк наконец,Катя минуты две молчала. А потом вдруг и говорит: «Борис, а давайте, я вам что-нибудь приготовлю покушать?» По ходу, она решила, что так выть пронзительно человек способен только с голоду.

В общем, отбрыкался я от всех возможных вариантов помощи со стороны Кати, которые она настырно предлагала. Объяснил, что этим занимаются люди за зарплату. И сказал – заскакивай почаще, вот и будет для меня и помощь, и радость.

Вот вам и пожалуйста. Катюха – она замужняя дама, уже двоих спиногрызов родила. «Ну, какой может быть разговор после восьми обысков», э?

Ан нет. Оказалось, что я и на старости лет способен на чисто лирические чувства. Нерастраченная не-е-е-ежность… Как пить дать.

Фото предоставлено автором

Фото предоставлено автором

Борис Егоров родился в семье советских дипломатов в 1952 году. Учился на факультете журналистики МГУ. Работал журналистом, кочегаром, бурильщиком, матросом, рабом.

С 2012 года живет в Германии без документов, не является гражданином никакой страны. В 2014 году стал победителем конкурса рождественских рассказов портала Lenta.ru

Автор книги «Исповедь раздолбая».

Автор

Похожие статьи

Back to Top