«Милосердие с условием»

«Милосердие с условием»

Главное, Литература Комментариев к записи «Милосердие с условием» нет

Писатель Борис Егоров о том, что милосердие в наше время — понятие небезусловное

Попал я однажды в «чрезвычайную ситуацию». Заболели у меня ноги — атеросклероз приключился. В больнице – после платного специального УЗИ – сказали, что нужна срочная операция, которая стоит таких денег, каких у меня не было. А по бесплатной квоте очередь была – где-то на полгода ожидания.

Ну, я и ждал. Дождался. В начале января 2011 года рано утром шел к приятелю. Ноги из-за атеросклероза слушались плохо, поэтому я ходил с палкой-тростью. Но она меня не спасла на раскатанном гололеде. Ноги уехали вперед, а сам я шлепнулся попкой.

Кости у меня очень ломкие, (остеопороз какой-то последней степени) поэтому меня не спасли даже толстые ватные штаны советского производства, пододетые под брюки по случаю сорокаградусного мороза. Получился у меня перелом в тазобедренном суставе. Болезненная штука, однако…

Первое, что я сделал – это прополз метров пятнадцать до освещенного места. Народу на улице было полно – люди шли на работу. Кто обходил меня, а кто – и перешагивал. Под фонарем я повернулся на бок, достал сотовый телефон и начал пытаться выяснить у прохожих – как с сотки вызвать скорую помощь. Народ – как оглох скоропостижно. Изредка только меня посылали… куда-нибудь. В тот момент я вспомнил покойного Валеру.

Был у меня такой хороший знакомый  — дядька лет сорока, сапожник экстра-класса. Какие бы ни происходили в мире финансовые  неурядицы – он в деньгах не нуждался.  К нему постоянно стояла длинная очередь заказчиков на пошив новой обуви и на ремонт старой. Одно время этот Валера крепко пил. Но после инфаркта резко бросил и даже местную простоквашу-айран – и ту не употреблял. Но, в отличие от большинства «завязавших», не отмежевался от старых друзей-собутыльников и в свободное время крутился в их компании. И дружки знали, что в критическую минуту Валера всегда выручит деньгами. Как все произошло – один Бог знает. Жил Валера с женой и двумя детьми в пятиэтажке на последнем этаже. В один совсем не прекрасный день возвращался он от заказчика – еще было утро – и в собственном подъезде прихватило у него сердце. Упал Валера и отключился. Пролежал он там до обеда. Соседи проходили мимо и покачивали головами – типа, опять Валера запил. И никто — не то, что подойти и помочь подняться – никто даже жене его не стукнул в дверь. Только когда пришла на обед тетка из соседней с Валерой квартиры — она позвонила в дверь и сообщила выглянувшей соседке: «Наташ, твой-то в драбадан пьяный в подъезде валяется.» Ну, жена Валеры только охнула и помчалась к телефону «скорую» вызывать – она своего мужа хорошо знала. А трамвай уже ушел. Врачи еще от большого ума «утешили» вдову. Типа, умер муж ваш недавно, если бы вызвали их часом раньше – Валеру откачали бы.

Наталья не смогла больше жить в том доме, разругалась со всеми соседями и уехала в другой город. Не чужие люди ходили мимо покойного Валеры. Поэтому я философски отнесся к поведению прохожих.  Но.. терпение у меня кончалось, да и лежать на ледяном асфальте было… неуютно даже в ватных штанах. Я изловчился и схватил за ногу проходящую девчушку. Она, похоже, хотела заверещать, но с перепугу только пискнула. А я громко и внятно сказал: «Ты мне только скажи – как с сотки скорую вызвать. И дуй дальше».

Девчушка всмотрелась в меня: «Господи… Вы что – трезвый?» Я ей предложил: «Давай дыхну, едрена шишка!» Но она уже меня не слушала. Вытащила свой мобильник, вызвала скорую, загородила дорогу двум мужикам: «Помогите, пожалуйста, товарища на ноги поставить. Он трезвый, просто упал».

А для пущей убедительности добавила, что я – ее дядя. Мужики нагнулись надо мной, взяли подмышки и поставили на ноги. Один из них вдруг хохотнул: «Во! Борян, это ты? Когда это ты успел племянницей обзавестись?» Знакомый оказался. Но мне было не до смеха – в стоячем положении от боли у меня уши в трубочки свернулись, и я завопил: «Клади обратно!!!»

Подъехала «скорая», засунули меня в машину. Знакомый поехал со мной, а девчушка долго извинялась, что не может меня сопроводить: «Я в магазине работаю, если опоздаю – хозяин выгонит».

К чему я это все? Да к тому, что получается —  милосердие нынче условиями обросло. Должен быть трезвым, в непачкающей одежде, лежать в удобном для подхода и подъезда месте. И матом желательно не ругаться. Тогда, может быть, кто-нибудь поинтересуется – чего это ты тут в сугробе разлегся.

Или надо с собой плакат носить – с фото и личными данными. Упал – воткни плакат рядом. Чтобы знакомые мимо не прошли. А если город чужой? А уж в свете последнего всенародного подъема интернационализма – при виде лежащего на улице человека подавляющее большинство прохожих не только его обходят подальше – бывает, вообще разворачиваются и идут в обратную сторону. От греха, так сказать, подальше…

Фото предоставлено автором

Фото предоставлено автором

Борис Егоров родился в семье советских дипломатов в 1952 году. Учился на факультете журналистики МГУ. Работал журналистом, кочегаром, бурильщиком, матросом, рабом.

С 2012 года живет в Германии без документов, не является гражданином никакой страны. В 2014 году стал победителем конкурса рождественских рассказов портала Lenta.ru

Автор книги «Исповедь раздолбая».

Автор

Похожие статьи

Back to Top