«Брат! Да мы сами неместные!»

«Брат! Да мы сами неместные!»

Главное, Литература 1 комментарий к записи «Брат! Да мы сами неместные!»

Рассказ Бориса Егорова, автора книги «Исповедь раздолбая».

Тема нашествия мигрантов в Европу сейчас нарасхват. Куды ни сунься – везде об их че-нито найдешь. Читал я, читал – и плюнул. Потому как хрен чего поймешь. Взгляды у всяких от всего независимых аналитиков и экспертов – как говаривал, бывало, Остап Ибрагимыч – диаметрально противоположны. У одних – замученные люди ищут любого уголка, где они смогут укрыться от смерти. У других – мордатые мужики, которые приехали нагадить во всех уголках Европы, жить на местные соцпособия в странах побогаче, ни хрена не делать и класть паровозный болт на здешние народы – вкупе с властями и силовыми структурами.

Я живу в небольшом баварском городке. Видел плакаты с призывами материально помочь сирийским беженцам, которых разместили где-то в пригороде. Видел в разных местах много кубиков из прозрачного пластика – для пожертвований этим самым беженцам. Кстати, кубики эти я ни разу не видел пустыми. Но – на улицах ничего не изменилось. Как ходили турки и турчанки – так и ходят. Русские так же туда-сюда лазиют. Даже немцы попадаются. А вот беженца ни одного не видел.

А сегодня вот сподобился. Повезли меня в больничку. Я за свою жызнь, видать, слишком часто щелкал себя по кадыку. И докторов местных заинтересовала моя щитовидная железа. Какие-то там метаморфозы начались.

Ну и сидим мы с опекуншей в коридоре, ждем вызова к доктору, абстракции на стенах разглядываем.

И появляется перед нами дядя. Все при нем – даже усы. Типа горьковских, малость недоношенных. Хромает. И с места в карьер залопотал бойко по-немецки. Типа, он из Сирии, там ужас и атомная война, а здесь денег не дают, работы нету, а у него десять детей, не считая жены – и все они голые и голодные.

Попутно страдалец задрал штанину и заголил коленку. Типа, почему он хромает. Я глянул на его икроножную мышцу – и позавидовал. Она была, как у бодибилдера – могучие мышцы и ни грамма сала. А страдалец опустил штанину и протянул руку ладонью вверх, требовательно глядя мне в глаза.

Я очень извиняюсь, мабуть, я и не прав. Но у меня давно уже завелась идиосинкразия на мужиков-побирушек. Я вообще могу помогать – и с удовольствие по возможности это делаю – только людям, которых я знаю, или которых рекомендуют люди, которых я знаю.

Короче… Я рванул куртку на груди и загнусил: «Брат! Да мы сами неместные! Четвертый год на билет до дому никак не наберем! Третьи сутки куска колбасы во рту не было! Одной фуагрой питаемся!..» И начал постепенно заводиться. Но опекунша чувствительно дернула меня за рукав, и я, проглотив матерное продолжение, заткнулся.

Выступил я по-русски, но крендель этот слушал внимательно. И, когда понял, что хрен чего ему дадут, выпрямил согнутую спину и удалился. Уже не хромая…

Борис Егоров родился в семье советских дипломатов в 1952 году. Учился на факультете журналистики МГУ. Работал журналистом, кочегаром, бурильщиком, матросом, рабом. С 2012 года живет в Германии без документов, не является гражданином никакой страны. В 2014 году стал победителем конкурса рождественских рассказов портала Lenta.ru.

Автор

Похожие статьи

Back to Top