Михаил Казиник: Культура в России – не дизайн, а свет в конце тоннеля

Михаил Казиник: Культура в России – не дизайн, а свет в конце тоннеля

Главное, Европа, ЕС, Интервью Комментариев к записи Михаил Казиник: Культура в России – не дизайн, а свет в конце тоннеля нет

26 октября 2012, 08:08

О том, кто такой Михаил Казиник , можно рассказывать бесконечно. Так же, как он может бесконечно рассказывать об искусстве. Музыкант, искусствовед, педагог, писатель, режиссер, Михаил Семенович во всех своих ипостасях настолько неповторим, что… впрочем, просто послушайте его программы на «Голосе России» и Вы сами всё поймете.

О том, кто такой Михаил Казиник, можно рассказывать бесконечно. Так же, как он может бесконечно рассказывать об искусстве. Музыкант, искусствовед, педагог, писатель, режиссер, Михаил Семенович во всех своих ипостасях настолько неповторим, что… впрочем, просто послушайте его программы на «Голосе России» и Вы сами всё поймете.

Специально для проекта «Окно в Россию», в преддверии своих концертов в Москве, которые пройдут 4, 16 и 17 ноября, мэтр согласился рассказать об истории своего поселения в Швеции, дал несколько советов творческим людям, собирающимся покинуть Родину, и высказал свое мнение об особом, русском пути в искусстве.

— Михаил Семенович, насколько легко Вам дался переезд в другую страну?

— Сразу хочу оговорить, мой случай особый. Я никуда не уезжал из Советского Союза, я дважды приезжал в Швецию на гастроли и в третий раз в 1991 году. И каждый мой приезд мне предлагали заключить контракт на всякие виды деятельности, связанной с моим творчеством. Но я отказывался, объясняя тем, что у меня в моей стране очень интересная концертная жизнь, абонементы в Филармонии, встречи с молодёжью, записи на радио и телевидении. А Швеция — хорошая страна, но она похожа на больницу.

Здесь слишком, на первый взгляд, всё идеально, спокойно и стерильно. И очень скучно! Очень мило, очень хорошо, замечательно, но совершенно не моё. В моей стране каждый день что-то происходит, а в Швеции — нет. Даже скамейки именно там, где они должны быть…

Итак, меня пригласили в Швецию в июле 1991 года на гастроли. Со мной приехали жена и сын. А билеты на обратный путь у нас были на 20-е августа. 19 августа 1991 года начался путч. Помните танки в Москве? Помните трясущиеся руки Янаева и каменные лица дикторов, похоронными голосами сообщающих последние новости? Чувства, которые мы испытали тогда, передать невозможно!

В тот же день я подписал контракт на работу в Швеции. А дальше в России получилось всё очень смешно, но я через три дня отменить контракт уже не смог. Так что в Швеции я оказался случайно. К тому же у меня по-прежнему гастроли в России, в Украине. Молдавии, и в западных странах.

— То есть проблем с адаптацией в новой для Вас стране не было?

— Дело в том, что когда уезжает человек искусства, на мой взгляд, ему проще, потому что человек искусства – сам по себе отдельная национальность. И поэтому, когда я общался в Швеции с замечательными артистами, писателями, художниками, это было, примерно, то же самое, что могло быть и в России в какой-то степени. Например, первое, что мне сказала знаменитая шведская писательница Агнета Плейель после моих выступлений: «Михаил, Вы здесь в Швеции еще больший диссидент, чем были в Советском Союзе».

— И как она обосновала свою мысль?

— Дело в том, что я читал лекции в Драматическом институте Стокгольма. Одна из тем называлась «Моцарт и Христос». Идея такова: «Будьте как дети!..». Моцартовское поведение, пушкинское поведение, поведение части гениев – парадоксальность, как у детей, и так далее. После выступления Агнета мне сказала: «Я сижу в зале, слушаю Ваши удивительные идеи, и вдруг подсаживается ко мне один профессор из нашего же Драматического института, он слушает минут десять, потом оборачивается ко мне и спрашивает:

— Он говорит много о Христе, он что — священник?

— Мы его особенно любим за то, что он говорит о Христе, не будучи священником».

А потом Агнета сказала: «Вы представляете, в какую страну Вы попали, где для того, чтобы говорить о Боге, о Христе, в частности, необходимо получить образование, и желательно высшее, в этой области. То есть, это страна, в которой всякий разговор за пределами твоей профессии выглядит в какой-то степени странным».

Другой пример. Через несколько лет после приезда в Швецию я дал очень серьезное интервью одной очень серьезной газете. Сначала я отказывался от этого интервью, и сказал журналисту: «Вы все равно все переиначите». Тогда они мне пообещали письменно, что не изменят ни одного слова.

И я сказал им, что Швеция, по-своему, тоже тоталитарна. Идея всеобщего равенства здесь доведена до абсурда. Ведь для достижения равенства приходится укорачивать длинных, потому что коротких все равно нельзя вытянуть. Это интервью называлось «Крестный ход к тоталитаризму». Я показывал, что есть диктатура нации, есть диктатура пролетариата, а есть диктатура серости, которая не менее страшна, потому что она мимикрирует, она прячется.

Они напечатали моё интервью! То есть, понимаете, для меня не имеет значения Швеция это, Германия или Россия. Я буду говорить то, что требует моя совесть. Мне все равно, какая это страна, как она называется. Я настроен на поиски смысла, добра, гармонии и красоты. И если его недостает в России, я буду изо всех сил его искать и помогать людям его найти. Если его недостает в Швеции, я буду делать то же самое в Швеции.

— Вы высказываете, действительно, достаточно диссидентские суждения относительно Швеции. А у Вас не возникает в связи с этим проблем в этой стране?

— Нет. Никогда не возникает. Я сделал спектакль вместе с Юрием Ледерманом в самом центре шведской королевской столицы. Он прошел 250 раз, люди записывались на билеты за год до спектакля, потому что не могли попасть. Были даже специальные листы ожидания. Так вот, я 250 раз прокричал, что Швеция это как Сальери, который убивает Моцарта. Сальери научно убивает Моцарта, рассудочно, умело. И шведы аплодировали стоя. То есть, тут совсем другое понимание демократии.

— Михаил Семенович, скажите, пожалуйста, о чем в первую очередь надо подумать творческому человеку, который собирается уезжать из страны, уезжать из России?

— Нужно подумать только об одном. Этот творческий человек должен быть сам по себе космос, должен быть достаточно силен. Ему не должна быть нужна подпитка: родины, своего города, своего дома. Ведь есть люди, которые, даже переезжая на другую квартиру, плохо себя чувствуют, пока не привыкнут к новой. Их все тянет в старую квартиру, пусть плохую, но старую, в которой прошло детство.

Так вот любому человеку искусства, если он хочет эмигрировать, надо быть самодостаточным. Я помню, как вдова одного художника спросила у меня: «Как Вы можете жить с такой эмоциональностью среди холодных шведов?» А её дочь вдруг сказала: «Да он с собой весь свой мир привёз. Ему все равно, где жить».

Это правильно. Если у вас есть мир, который вы можете привезти в любую другую страну, если вы человек планеты Земля, то вы можете уехать куда угодно. Можно, напитавшись русской культурой, русским духом, пожить в любой другой стране. Я считаю, что в этом, после развала Советского Союза, ничего страшного нет. Это не предательство Родины, никто никого не предает. Такое восприятие — просто остатки старой глупости. Любой человек в любой стране мира может чувствовать себя хорошо, если он с собой берет свой мир.

— Что стало Вашим самым сильным впечатлением в Швеции?

— То, что шведы впитали в себя христианские заповеди. И следовать им стало их внутренней потребностью. Забота о людях здесь не показная, не декларативная, а подлинная. Никогда не работавшему в Швеции пожилому человеку предоставляют жильё, медицинское обслуживание и пенсию. А если он заболеет, то врачи будут бороться за его жизнь независимо от того, кто он, откуда и какой у него возраст.

То, что если вдруг поезд по техническим причинам не сможет продолжить путь, то по радио объявят, что такси или автобус ждёт на привокзальной площади человека, или группу людей – пассажиров и вовремя доставят до места. А по дороге (собственный опыт) водитель, заметив у Вас в руках скрипку, с удовольствием поговорит с Вами о сонатах Брамса. И даже довезёт вас до дома, а не до вокзала, т.к. уже поздно и холодно, а он проникся к Вам тёплыми чувствами.

Шведы стараются избегать негативных тем в своих общениях. Они не считают возможным портить кому-то настроение формой обращения. Считается недопустимым приносить на работу свои проблемы и плохое настроение. Это другой уровень общения.

Когда я встречаюсь с людьми искусства, то мы говорим обо всем: о мире, о бытии, о философии, о смысле жизни. А вот, что касается обычных людей, у них с контактами сложнее. Простому человеку из России, который приехал в Швецию, намного труднее достучаться до простого шведа, у них меньше точек соприкосновения.

— Вы ранее сказали, что проще всего уехать человеку творческому, может считать себя человеком планеты Земля, то есть таким интернациональным человеком. И, тем не менее, считаете ли Вы, что есть какое-то русское отношение к искусству, то, чего нет у других национальностей?

— Не просто есть. Это действительно большой серьезный вопрос. Есть русское отношение ко всему, и творческий человек, который рождён, воспитан, сформирован в русской среде, уже никогда не будет другим. Только его внуки или правнуки будут другими, потому что они не знали этой среды.

На самом деле, у нас есть определенное особое отношение к искусству, которого нет на Западе. Я могу его сформулировать очень коротко. На Западе искусство и культура — это чаще всего дизайн. А в России — это между жизнью и смертью. Для нас искусство и культура – это путеводитель, спасение, это — свет в конце тоннеля, свет в окошке. Да, когда-то еще Белинский сказал, что в России никогда не было парламента. Но продолжил: «Все-таки неправда, в России есть парламент — это русские писатели». Такого нигде больше нет!


В рамках проекта «Окно в Россию» на сайте «Голоса России» публикуются истории из жизни за пределами Родины бывших и нынешних граждан СССР и РФ, а также иностранцев, проживавших в России и изучающих русский язык.

Уехавшие за рубеж россияне часто подробно описывают свои будни в блогах и на страничках соцсетей. Здесь можно узнать то, что не прочтешь ни в каких официальных СМИ, ведь то, что очевидно, что называется из окна, с места событий, редко совпадает с картинкой, представленной в больших масс-медиа.

«Голос России» решил узнать у своих многочисленных «френдов» в соцсетях, живущих в самых разных уголках мира, об отношении к русскоязычной диаспоре, феномене русских за границей, о «русской ностальгии» и о многом-многом другом.

Если вам тоже есть чем поделиться с «Окно в Россию», рассказать, каково это – быть «нашим человеком» за рубежом, пишите по адресу home@ruvr.ru.

Беседовал Аркадий Бейненсон

(с) Окно в Россию. Оригинал статьи: http://windowrussia.ruvr.ru/2012_10_26/Mihail-Kazinik-Kultura-v-Rossii-ne-dizajn-a-svet-v-konce-tonnelja/ .

Автор

Похожие статьи

Back to Top